Статьи

В статье рассматриваются кызылбашские походы (1541, 1547, 1551, 1554 гг.) при шахе Тахмаспе (1524-1576), раскрывающие динамику взаимоотношений Ирана и Восточной Грузии в середине XVI в. Династия Сафавидов (1501-1722) продолжила экспансионистскую политику своих предшественников и заявила свои права на Южный Кавказ. Главной опорой Сафавидов стали кочевые туркоманские племена - последователи суфийского ордена шейха Сафи-ад-Дина (1252-1334), известные как кызылбаши (красноголовые): шамлу, румлу, устаджлу, текелю, афшар, каджар, зулькадар, туркеман. Основатель династии шах Исмаил I (1501-1524) предпринял первые шаги для покорения Восточной Грузии. Грузинские царства были ослаблены и поглощены внутренними противоречиями, однако не оставляли попыток объединения. Маневрируя между соперничающими в регионе Сафавидами и Османами, грузинские цари шли на вынужденные уступки, пытаясь предотвратить разорительные и кровопролитные вторжения с их стороны.

В статье представлен обзор достижений четырех стран Восточной Африки в реализации программ в области науки, технологий и инноваций (НТИ), рассматривается помощь и содействие в данном процессе со стороны международных межправительственных организаций: ООН, ЮНКТАД, ЮНЕСКО. Актуальность темы исследования обусловлена потенциалом сферы НТИ в решении основных социально-экономических проблем, с которыми сталкиваются восточноафриканские государства. Автор идентифицировал и проанализировал данные о Кении, Таназании, Руанде и Уганде за широкий хронологический отрезок: начиная с колониального периода и заканчивая настоящим временем. Делается вывод о том, что развитие науки и образования - центральная и наиболее сложная в планировании и технологической адаптации задача для стран Восточноафриканского региона. На фоне стремительного экономического роста государствам важно правильно распределить государственные инвестиции в область науки и образования, использовать накопленный положительный опыт и укреплять имеющуюся инфраструктуру.

Данная статья основана на существующих исследованиях и опубликованных архивах. Систематизируя эти данные, она стремится максимально полно отразить позицию Китая и СССР в отношении советско-японского пограничного конфликта 1938 года, а также действия, предпринятые на основе этой позиции. После эскалации конфликта в районе озера Хасан китайское руководство пришло к выводу о высокой вероятности вооружённого столкновения между Японией и Советским Союзом, что и стало причиной активного сближения с СССР как в политической, так и в военной сферах. Удерживая Ухань, ки-тайская армия приступила к разработке планов контрнаступления и одно-временно стремилась спровоцировать переход советско-японского конфликта в полномасштабную войну. Однако противостояние между Японией и СССР не переросло в открытое вооружённое столкновение. На данном этапе СССР рассчитывал, что Китай продолжит сдерживать японскую агрессию, тем самым ослабляя давление на советскую сторону. Даже после завершения японо-советских переговоров Москва продолжала настаивать на необходимости активного наступления со стороны китайской армии. После потери Уханя и Гуанчжоу реализация страте-гического замысла Советского Союза оказалась невозможной, что постепенно привело к нарастанию взаимного недовольства между Китаем и СССР. В сложившихся условиях тесные китайско-советские отношения, изна-чально основанные на идее «совместного сопротивления японской экспансии», также начали подвергаться деструктивному влиянию. После конфликта у озера Хасан нарастающие противоречия между сторонами стали одним из факто-ров, обусловивших последующие разногласия между Китаем и СССР — как в вопросах предоставления советской военной помощи, так и по ряду других направлений двустороннего взаимодействия.

В 1954 г. в деревне Кижур на границе территории Пондишери и штата Мадрас (с 1956 г. - Тамилнаду) прошел референдум, участниками которого стали представители местной пондишерийской элиты: они принимали решение о вхождении французских колониальных владений на юге Индостана в Индийский Союз. Решение о передаче территорий породило ряд юридических вопросов, которые необходимо было уладить правительствам двух стран; в их число входила проблема гражданства жителей Пондишери. В 1956 г. Индия и Франция заключили окончательный договор, определивший новый статус французских анклавов и правовое положение их жителей. В статье рассматриваются ключевые положения договора 1956 г. о передаче территорий Индии, нормативные нестыковки статей о гражданстве, а также формальные сложности, с которыми могли столкнуться пондишерийцы; анализируются особенности современного статуса жителей Пондишери - тех, кто имеет французское или иное зарубежное гражданство.

В статье представлен обзор первой Международной научной конференции по филиппинистике, организованной кафедрой филологии стран ЮВА, Кореи и Монголии ИСАА МГУ 25–26 октября 2024 г. Освещаются ключевые темы и доклады, посвященные истории, языку, литературе и социально-политическому развитию Филиппин, а также подчеркивается вклад конференции в укрепление международного научного сотрудничества.

Новая книга известного африканиста Р.Н. Исмагиловой «Эфиопия: история и современность» представляет собой сборник статей, написанных за последние 2 десятилетия. Они посвящены наиболее значимым событиям в истории Эфиопии и проблемам сегодняшнего дня. Внутренняя политика, создание федеративной системы государственности, сложности взаимоотношений народов этой полиэтничной страны исследуются в тесной связи с традициями. Автор выступает здесь как историк, политолог, антрополог.

Рассматриваются особенности конфронтации России и США в Сирии на фоне смены власти в Дамаске и проведения российскими вооруженными силами специальной военной операции на Украине. В контексте российского военного планирования указаны особенности поддержания Москвой военно-политического баланса сил на черноморском и средиземноморском театрах военных действий как едином операционном направлении, находящимся в ведении Южного военного округа. Показаны детали геостратегического планирования России с опорой на военные объекты в Тартусе и Хмеймиме, их место в обороне российских территорий. Актуальность изучения данной проблематики обусловлена тем, что Москва ведет переговоры о сохранении военного присутствия в Сирии после прихода к власти оппозиции, что повышает актуальность понимания возможного формата взаимодействия — как в части доставки в страну гумпомощи для продолжения оказания помощи сирийскому народу, так и для сохранения возможности проводить операции по сдерживанию США и поддержания логистики в рамках контртеррористического сотрудничества Москвы со странами Африки.

В статье рассматриваются внешние аспекты внедрения цифрового юаня, а именно: какие практические шаги предпринимает китайское правительство для расширения использования цифрового юаня во внешнеторговых сделках, и как такие меры подкрепляются законодательно. Кроме того, анализируется научный дискурс относительно потенциала цифрового юаня для перестройки мировой финансовой системы. В настоящее время ученые в Китае и за его пределами обсуждают, каким образом развитие цифрового юаня повлияет на трансформацию структуры международной торговли. Соответствуют ли реальные шаги китайского правительства их видению? Насколько планомерно и последовательно осуществляются изменения? Какие инструменты используются для экспансии цифрового юаня в двусторонних и многосторонних форматах? Для ответа на эти и другие вопросы в статье проанализирован важнейший установочный документ по цифровому юаню — Белая книга, выявлены основные направления развития, заданные этим документом. Кроме того, систематизированы упоминания использования цифрового юаня в научной литературе и СМИ. Актуальность данной статьи связана с тем обстоятельством, что в условиях нарастающего санкционного давления, несостоятельности западноцентричных платежных систем в плане поддержания нормального функционирования мировой торговли изучение использования цифровых валют центральных банков во внешнеторговых сделках в целом, и цифрового юаня — как наиболее продвинутой такой валюты — в частности, является крайне востребованным.

В третье десятилетие XXI века японская экономика вступила с невысокими и неустойчивыми темпами роста, сохраняющимися некоторыми рудиментами догоняющего развития, наследием «потерянного» десятилетия 1990-х гг. в виде огромного накопленного государственного долга, демографическими проблемами. С позиции второй крупнейшей экономики мира, которую она занимала в 1990-е годы, она опустилась на 3 место (ВВП по текущему валютному курсу) и на 4 по ППС. Доля страны в мировом ВВП снизилась в 1990–2023 гг. с 7,6 % до 3,7 % (по ППС). Каково же реальное место Японии в мировой и азиатской экономике? Имеет ли страна потенциал роста в современных условиях? Каковы внутренние количественные и качественные характеристики японской экономической модели? Таким образом цель данного исследования состоит в оценке состояния и перспектив японской экономики по параметрам «вовне» — «внутри» — «вперед», что образно и отражено в названии работы как «3D-измерение». В работе анализируются внутренние и внешние проблемы и факторы развития японской экономики в условиях глобальной неопределенности, основные тенденции экономического развития страны в XXI веке и направления модернизации социально-экономической модели страны.

Фэн Цзицай (р. 1942) — один из самых известных современных китайских писателей, он также прославился как художник и каллиграф. В данной статье рассматривается его повесть «Крохотные “золотые лотосы”» (букв. «Золотые лотосы длиной в три вершка») (1986). В статье исследуется проблематика повести и ее стилистические особенности. Эти особенности позволяют рассмотреть ее в контексте взаимосвязи c устным народным сказом.

Ал-ханин ила-л-аутан (букв. «тоска по родным местам») — группа мотивов в традиционной арабской литературе1, которая возникает еще в доисламскую эпоху и приобретает особую актуальность в I/VIII-II/IX вв., когда расширение халифата, сосредоточение литературной деятельности при дворах правителей и ряд других причин вынуждает поэтов покидать родные места. Выражение тоски по родине приобретает различные литературные формы: поэтические экспромты, прозаические афоризмы, отдельные мотивы в рамках политематического произведения. Начиная со II/IX в. возникают антологии ал-ханин ила-л-аутан, наиболее ранняя из которых приписывается ал-Джахизу2. При относительно небольшом объеме сборник содержит поэтические и прозаические образцы ал-ханин ила-л-аутан различных периодов. В дальнейшем он нередко становился предметом цитирования. Тем не менее, антология сравнительно мало изучена; она упоминается в ряде обзорных статей3, однако предметом отдельного исследования ранее не становилась. В настоящей статье рассматривается вопрос авторства источника, структурные и содержательные аспекты, а также место антологии в литературной традиции.

В статье рассматривается вопрос обозначения людей с ограниченными возможностями здоровья в современном японском языке. Актуальность темы вызвана тем фактом, что исследований проблем обозначения социально уязвимых слоев населения в японском языке, в частности людей с ОВЗ, в отечественной и европейской научной литературе практически не проводилось. Тогда как государственная политика Японии активно направлена на адаптацию и включение граждан с инвалидностью в общественную жизнь, и языковая политика Японии в данной сфере могла бы оказаться полезной и для других стран. Основным материалом для анализа послужили данные корпуса BCCWJ (Balanced Corpus of Contemporary Written Japanese) Государственного института японского языка и лингвистики и официальные сайты организаций, занимающихся проблемами людей с ОВЗ. Автор рассматривает языковые модели образования обозначений, анализирует различные понимания и употребления самого частотного варианта обозначения на основе корня «сё:гай». Автор приходит к выводу, что в современном японском языке, несмотря на присутствие определенного влияния движения политкорректности, превалирует модель обозначения, при которой инвалидность выступает в роли маркера идентичности.

В статье рассматривается ряд фонетических особенностей современного корейского языка, тонкости в произношении схожих звуков и их отличия от русских аналогов. Значительная часть статьи посвящена анализу специфики грамматической структуры корейского языка: акцентируется внимание на принципе построения простых и сложноподчиненных предложений; различиях в употреблении дательного и местного падежей, глаголов направления движения, в использовании конструкций невозможности совершения действия по субъективным и объективным причинам, в употреблении трех вариантов придаточных цели, в построении косвенного вопроса и придаточных дополнительных предложений, в применении «корейских» и «китайских» числительных и системы «больших» чисел. В статье также представлен анализ особой категории ориентации вежливости, имеющей несколько уровней и выражающейся в окончаниях глаголов, суффиксах и вежливых эквивалентах ряда существительных.

Статья посвящена китаеведу Якову Яковлевичу Брандту (Brandt, J.J.; 1869–1946), чья жизнь была в основном связана с Китаем. Окончив гимназию в Саратове и получив востоковедческое образование в Санкт-Петербурге (1892), он служил в Министерстве финансов, став его представителем в Пекин. В 1901 г. его утвердили на должность заведующего пекинским отделом Китайско-Восточной железной дороги (КВЖД). Разработав собственную методику, Брандт многие годы занимался преподаванием русского языка китайцам и китайского языка — русским. Он впервые создал программу обучения дипломатическому китайскому языку, издав для этого несколько пособий («Дипломатические беседы» и «Сборник трактатов России с Китаем»). Являясь профессором Китайского института русского языка и литературы, он неоднократно консультировал студентов из Восточного института во Владивостоке и Санкт-Петербургского университета, приезжавших в Китай, печатал работы по китаеведению на русском, китайском и английском языках, в том числе при содействии иностранных востоковедов. В последние годы Брандт работал в «North China Union Language School». Во время Гражданской войны в России востоковед участвовал в политической жизни региона. Общественными делами он занимался и в эмиграции. В публикации отмечена кратко деятельность и других российских востоковедов в Пекине. Для подготовки статьи использованы воспоминания современников китаеведа (И.Г. Баранова, И.И. Серебренникова и А.Н. Спешнева) и материалы из зарубежных собраний (архив и библиотека Гуверовского института — Library and Archives of Hoover institution — HILA; русская коллекция Гавайского университета — Russian collection of University of Hawaii; Музея русской культуры в Сан-Франциско — МРК), включая частные (М. Дроздов, Шанхай; NN, Пекин).

Путешествия — незаменимый источник информации о других странах. Как сейчас, так и в XVII в. поездка за границу погружала человека в местную культурную и языковую среду и позволяла узнать много нового, особенно когда речь идет о Константинополе — городе с великой историей. В начале XVII в. в Константинополе смог побывать итальянский аристократ, музыкант, дипломат и путешественник Пьетро Делла Валле (1586–1652), совершивший в 1614–1626 гг. поездку по Османской империи, Ирану и Индии и описавший все, что с ним происходило, в письмах1 своему неаполитанскому другу, профессору медицины Марио Скипано. Что интересовало молодого итальянца в Константинополе? Кого можно было встретить в этом городе? Чем занимались послы в свободное от службы время? Какие языки можно было выучить, почему их преподавали турецкие евреи и зачем европейцы скупали восточные рукописи?