Статьи

Настоящая работа — продолжение исследования, начатого в статье «Персидское предание о Шӣре Фарроḫзāдāне и принудительное переселение арабов из Мисихи (ал-Анбāр) при сасанидском царе Шапуре I (240–271)». Рассмотрение предания о Шӣре Фарроḫзāдāне с учётом исторического контекста позволяет сделать следующие наблюдения и выводы. Выселение арабов из области Мисихи стало итогом конфликта между ними и Сасанидами, завершившегося победой последних и строительством ими крепости в Мисихи. Видя в арабах угрозу, Шапур I разделил их и расселил в разных местах, под управлением своих наместников или, возможно, арабского правителя Джаḏӣмы, который в некоторых источниках называется вассалом Сасанидов. Эти события произошли до вступления Шапура I на престол, во время первоначального утверждения Сасанидов в приевфратских областях (225–240). Стратегическая цель Сасанидов вначале состояла не в создании барьера на пути наступления римлян вниз по Евфрату, а в обеспечении безопасности новой столицы, Вех-Ардашира, от нападений враждебных арабских племён. Однако после утверждения в приевфратских областях Сасаниды использовали путь вверх по течению реки для нападений на римские владения; в рассматриваемом периоде это выразилось в походах, приведших к взятию Дуры-Европос (239) и Антиохии (241).

Глава всех секретных служб Компартии Китая Кан Шэн (1898– 1975) в 1933–1937 годах являлся заместителем руководителя делегации КПК в Коминтерне и членом Президиума Исполкома Коминтерна (ИККИ). Однако до последнего времени о его жизни в Советском Союзе было известно довольно мало, так как его личное дело, хранящееся в Российском государственном архиве новейшей истории (РГАНИ), не было доступно исследователям. И только сейчас появилась возможность ознакомить читателя с документами из этого дела, проливающими свет на политическую и организационную деятельность Кан Шэна в то время. Эти сведения дополняются материалами из личного дела жены Кан Шэна, Цао Иоу, также находящегося в РГАНИ, а также из ряда малоизвестных фондов Российского государственного архива социально-политической истории (РГАСПИ), включая личные дела главы делегации КПК в Коминтерне Ван Мина, его жены Мэн Циншу, а также многих других китайских коммунистов. Все эти документы свидетельствуют, что Кан Шэн не являлся самостоятельной фигурой в организации репрессий против китайских коммунистов, работавших в СССР. Первую скрипку в этих грязных делах, безусловно, играл Ван Мин, а Кан, как правило, выполнял функции его подручного.

В 2024 г. исполнилось 220 лет со дня рождения видного ученого Г.С. Саблукова (1804–1880), который занимает особе место в истории российского корановедения. Его главное научное достижение — первый опубликованный перевод Корана с арабского оригинала на русский (1877 г.) — явился важным шагом в развитии отечественной востоковедной науки. Статья посвящена освещению этапов становления Г.С. Саблукова как исламоведа, обзору его корановедческих работ и оценкам его перевода священной книги мусульман, которые со временем менялись. Однако не подлежит сомнению то, что своим переводом Корана Г.С. Саблуков внес существенный вклад в отечественное исламоведение, способствуя углублению его научных основ.

В статье освещаются некоторые вопросы внешней торговли Республики Казахстан на протяжении тридцати лет независимого развития страны. Большое внимание уделяется анализу структурных характеристик экспорта и импорта. Специально рассматриваются изменения объемов торговли с основными партнерами, а также количество торгуемых товарных наименований. На основе индикаторов внешней торговли сделан вывод, что к началу 2020-х гг. в общей стоимости казахстанского экспорта, как и в 2000–2010-х гг., преобладали углеводородные энергоносители; значительная часть вывозной торговли также приходилась на металлы, минералы, продукцию химической промышленности и зерновые культуры. В импорте преобладали промышленные товары, в частности электрические машины и оборудование, а также транспортные средства. В 2000-х и 2010-х гг. в число главных потребителей казахстанского экспорта часто входили Италия, Китай, Россия, Нидерланды и Франция. Главными импортерами в Казахстан в тот же период были Республика Корея, Германия, Россия, Италия, США и Украина. Выводы статьи могут оказаться востребованными при планирования государственной политики и долгосрочных стратегий развития коммерческих компаний; материалы работы также могут быть использованы для подготовки учебных программ по экономике стран Центральной Азии.

Статья посвящена рассмотрению теории, политики и практики научной дипломатии КНР в современную эпоху. Изучив научные работы специалистов из разных стран, официальные документы китайского правительства и сообщения СМИ, автором раскрываются определение понятия, достижения и недостатки современной научной дипломатии.

Данная работа посвящена исследованию цикла произведений одного из выдающихся китайских писателей литературной эпохи поиска корней — А Чэна. В исследование вошли его произведения «Царь шахмат», «Царь детей» и «Царь леса», где главной темой является сопоставление прошлого и нового миропорядка. Основной целью данной работы было изучение аксиологической концептосферы данных произведений, а именно выявление особенностей изображения ценностей даосской философии как классической идеологии и китайской культурной революции как новой идеологии. В результате исследования было установлено, что в произведениях А Чэна данные идеологии сосуществуют как в обществе целом, так и в каждом отдельном человеке. Среди основных ценностей даосизма автор особо выделяет следующие: жизнь в гармонии с природой, представление мира как единого целого (организма), принцип недеяния и культ почета предков, авторитетов. Также, среди новых ценностей культурной революции были выявлены такие, как практическое использование природных богатств и ресурсов, восприятие человека как венца творения, идея самостоятельности человека, независимости от внешних сил, отрицание прежних стереотипов. Было выявлено, что преимущественно данные ценности раскрываются через диалоги персонажей, а также их внутренние монологи, где зачастую используются риторические вопросы, обращенные к самому персонажу и к читателю. Кроме этого, большую роль в изображении ценностей играют метафоры и имплицитность, что особенно характерно для даосской философии как восточной традиции, где основные идеи передаются аллегорично, скрытыми смыслами. Помимо этого, было установлено, что ценности даосизма также реализуются в описании пейзажей, поскольку одной из основ даосизма является связь человека с природой.

В европейской литературе жанр шпионского романа появился на стыке ХIX и XX веков, в китайской это произошло немного позднее — примерно в 1930-е годы. К 1940-м годам жанр расцветает. С 1937 года во время войны с японскими захватчиками и противостояния Гоминьдана с коммунистами шпионская деятельность приобретает особое, актуальное значение, что не могло не отразиться и в литературе. Следующий пик интереса к жанру пришелся на время становления Нового Китая, источником вдохновения для авторов становились советские переводные романы. В годы Культурной революции литературная деятельность замирает, однако отдельные элементы шпионского романа можно найти даже в «образцовых пьесах». В 1970–1980-е годы начался новый подъем переводной литературы, в результате чего Китай познакомился с классикой европейской и американской шпионской литературы, кроме того, были заново переизданы советские шпионские романы 1950-х годов и китайские произведения того же периода. Еще один пик интереса к шпионской литературе возник в начале XXI века, связан он был с популярностью произведений современного писателя Май Цзя. С распространением интернета появилось большое количество авторов сетевой литературы, пишущих в этом жанре. Каждый из этих этапов имел свои отличительные особенности, например, отличия в образах антагонистов. Сюжеты, связанные со шпионами и шпионской/разведывательной деятельностью неизменно пользуются популярностью среди читателей. ХХI век вместе с западной переводной литературой, эпохальными событиями и сменой систем и парадигм принес в литературу в целом и в жанр шпионского романа в частности новые темы и источники для сюжетов.

Используя методы этимологического анализа, были выявлены шесть синитических и славянских общих (сино-германских) этимологий (этимонов): 【旦, 嬾, 板, 塼, 媛 и 軸】. Эти шесть этимонов сформировали рифмическое соответствие. Регулярное фонетическое изменение такого типа легитимирует этимологическую связь, носившую прежде гипотетический характер. Этимон для ‘дня’ (den’) ‘day’ обнаруживается в синитических, славянских, балтийских, албанском языках и санскрите. Этимон для слова ‘лень’ (len’) ‘laziness’ был выявлен в синитских, славянских, балтийских и италийских языках. Этимон для слова ‘пень’ (pen’) ‘stump’ обнаружился в синитских, славянских, языках, и в греческом. Этимон ‘стены’ (stena) ‘wall’ идентифицируется в синитических, славянских, германских и греческом языках. Этимон для ‘жена’ (žena) ‘wife’ прослеживается широко в синитических, славянских, балтийских, германских, кельтских, индоиранских, анатолийских, в греческом и в тохарских языках, а также и в армянском с албанским языках. Этимон слова ‘один’ (odin) ‘one’ был найден в синитских, славянских, балтийских, германских, кельтских, италийских и греческом языках, а также в албанском языке.

Настоящее исследование посвящено категории счетных слов (слов-классификаторов) в современном китайском языке. Счетное слово — это слово, которое указывает на дискретность вводимого им объекта (предмета или действия). Счетные слова в китайском языке подразделяются на два класса: классификаторы для существительных (名量词 míng liàng cí) и показатели кратности для глаголов (动量词 dòng liàng cí). В исследовании речь идет именно о классификаторах для имен существительных. В отношении слов-классификаторов в путунхуа написано немало работ, где счетные слова организованы в разные группы. Эти группы часто различаются по объему и составу, в зависимости от признаков, которые присущи каждому отдельно взятому счетному слову. Некоторые авторы считают, что счетное слово — это служебное слово, которое не употребляется как отдельная категория, некоторые относят слова-классификаторы к существительным. В нашем исследовании мы будем придерживаться второй точки зрения. Так же необходимо отметить, что в разные периоды истории и в разных диалектах для классификации слов по определенному видообразующему признаку использовались разные счетные слова. Мы основываем свое исследование на базе слов-классификаторов, встречающихся в северных диалектах, легших в основу путунхуа.

В предлагаемой статье рассматривается проблема символики специальных инструментов (сакральных ложек) и соотносимых с ними субстанций (масла или жира), используемых для поддержания огня в ведийских жертвоприношениях. Кратко характеризуются «большой» (‘śrauta-‘) и «домашний» (‘gRhya-‘) виды жертвенных ритуалов, главным субъектом и одним из объектов в которых неизменно выступал персонифицированный огонь/Бог Огня (Agni-). Показывается, что названиями для сакральных инструментов: srúc- (м.р.) «черпак» и sruvá- (ж.р.) «ложка», — являлись имена, порожденные от глагола sru-, который означал и «стекать», и «разрушать», и что подобный разброс семантики корня вовсе не являлся случайным. Демонстрируется, что сакральные ложки вступали в подобное сексуальному соединение (mithuná) с топленым маслом (ā́ jya-) или с жиром (ghRtá-), а имевшиеся в них субстанции сливались затем в новом mithuná с Агни жертвенника. Подробно характеризуются параметры жертвенных ложек, материалы, служившие для их изготовления, и способы их употребления; при этом отмечается особая функция черпака srúc-, реализуемая в похоронных обрядах. Разъясняются причины и обстоятельства появления свойства «сверхчистоты» и у ложек, и у жировой субстанции в них и указывается на невозможность использования ритуальных ложек в обычных бытовых контекстах.

В 1950-е гг. Советский Союз постепенно налаживал связи со многими странами Азии и Африки, в том числе и с Индией. Важным событием в жизни советских граждан стал VI Всемирный фестиваль молодежи и студентов в Москве. В 1957 г. «железный занавес» был приоткрыт для десятков тысяч иностранных гостей в надежде привлечь молодежь из других стран. VI Всемирный фестиваль молодежи и студентов в Москве помогал создать положительный образ не только для гостей из западных и высокоразвитых государств, но и для стран Движения Неприсоединения. Фестиваль должен был продемонстрировать успехи Советского Союза в области науки, культуры, экономики. Московский фестиваль встретил большую делегацию из Индии и показал иностранным гостям, в том числе и студентам, советский образ жизни. Это событие не только оказало пропагандистский эффект, но и позволило укрепить и расширить связи со многими странами, в том числе и с Индией. Именно с 1950-х гг. начинают налаживаться научные, культурные и экономические отношения с Индией, а фестиваль позволил единовременно большому количеству людей открыть для себя социалистическую страну. В статье подробно рассматриваются архивные документы, ранее не привлекавшиеся для исследования участия индийской делегации в фестивале.

На современных индийских сайтах знакомств (например, MatrimonialsIndia.com) страница пользователя, помимо прочей информации, содержит указание на то, кем был создан профиль. В числе этих лиц, помимо близких родственников (родители, братья, сестры), упоминаются и некие «друзья». Не только в ранние периоды истории, но и в современной Индии институт брака остается чрезвычайно консервативным. Это обстоятельство порождает вопрос: почему в создании семьи принимают участие люди, не являющиеся родственниками потенциальных жениха и невесты? Анализ источников разных эпох показывает, что контексты такого рода встречались и прежде. Так, к примеру, в записках лютеранских миссионеров, работавших на Юге Индии в самом начале XVIII века, есть указания на участие неких «друзей» в планировании брачных союзов. Указания на друзей, как участников поиска невесты для молодого человека, есть и в памятниках древнеиндийской дидактической литературы (Камасутра). Анализ текстов и случаев употребления термина «друзья» и в древнеиндийских текстах, и в более поздних источниках, показывает, что, скорее всего, речь идет не просто о дружеских связях. «Друзьями», вероятнее всего, называются члены той же кастовой группы, к которой принадлежат потенциальные жених и невеста.