Коротаев Андрей Витальевич

В октябре 2014 г. в Уагадугу начались массовые протесты, вызванные конституционной реформой в Буркина-Фасо, предполагающей возможность продления срока нахождения действующего президента Блеза Компаоре у власти и выдвижения его кандидатуры на выборах 2015 г. Заседание парламента по рассмотрению конституционных поправок было назначено на 30 октября, а в этот же день представитель протестного движения Э. Парги Пар заявил о том, что «в Буркина-Фасо объявляется “черная весна”, по аналогии с “арабской весной”». Отсылки к событиям «арабской весны» со стороны протестующих буркинийцев не случайны – арабские протесты 2011 г. действительно сыграли большую роль в динамике социально-политической нестабильности по всему миру, выступив своего рода триггером глобальной дестабилизационной волны. В связи с этим представляется актуальным изучение форм и методов влияния событий «арабской весны» на «черную весну» в Буркина-Фасо.

Рассматривается взаимодействие факторов туарегского национализма/сепаратизма и исламистского радикализма/джихадизма в Мали. Показано влияние Арабской весны на развитие процессов роста исламистского радикализма и туарегского сепаратизма в северных районах этой страны. Анализируется четвертое туарегское восстание, исламистская революция в Азаваде, произошедшая летом 2012 г., наступление исламистов на юг Мали в 2013 г. и его влияние на отношения между Бамако и туарегскими националистами, а также новое наступление джихадистов в последние годы. Делается вывод о том, что центральное правительство Мали и туарегские националисты снова оказываются ситуативными союзниками, так как у них сейчас вырисовывается один главный враг, угрожающий существованию и малийского государства, и потенциальной реальной туарегской автономии, Азаваду - исламистским радикалам-джихадистам.

Работа посвящена анализу влияния пандемии COVID-19 на экономики стран Северной Африки. Показано, что пандемия оказала существенное влияние на экономики государств рассматриваемого региона. Несмотря на принятие правительствами североафриканских стран решительных мер по ограничению социального контактирования с целью замедлить распространение вируса, пандемийные последствия существенным образом затормозили экономические и социальные проекты, ухудшив внутреннюю ситуацию. Ведущая страна региона — Египет, в силу своей густонаселенности столкнулась с высокой динамикой распространения коронавируса, однако, лучше всех была подготовлена к финансово-экономической турбулентности, вызванной последствиями COVID-19. Относительно безболезненно с ковидными ограничениями справилась экономика Марокко, показав хорошие темпы восстановительного роста. Экономика Алжира показала медленные темпы экономического роста накануне, во время и после пандемии. Хуже всех пандемийные последствия ощутила на себе экономика Туниса, находившаяся на момент ее начала в глубокой стагнации. Стимулирующие меры привели к кратковременному эффекту и не оказали решающего влияния на тунисскую экономику, которая продолжает показывать низкие темпы экономического развития. Представленные авторами графики динамики общей ВВП и ВВП по покупательной способности наглядно демонстрируют приведенные выводы.