На материалах выпусков газеты «Правда Востока» за 1935– 1936 гг. выявляются основные формы пассивного сопротивления со стороны крестьянства: массовые прогулы, нарушения режима водопользования, прежде всего кража колхозной воды, и противодействие техническим нововведениям, в частности механизации. В материалах периодической печати не обнаруживается сколько-нибудь определенной грани между осознанным, хотя и пассивным сопротивлением, с одной стороны, и обычной недисциплинированностью, не предполагающей целенаправленного выступления против советской власти, — с другой. Автор объясняет это фундаментальными особенностями общественного строя СССР: отрицая традиционные, принудительные формы господства как главный источник легитимности, советская власть стремилась основывать свою легитимность на постановке и решении как можно более масштабных созидательных задач. Поэтому серьезным проступком рассматривались не только деяния, содержащие злой умысел, но и недостаточный энтузиазм в осуществлении хозяйственных преобразований, прежде всего механизации: стремясь сначала разрешить проблему, советская печать и другие органы власти меняли подход, переходя к значительным санкциям — выговорам, снятию с постов и др., если явления, рассматривавшиеся как недостатки, приобретали устойчивый характер. Кроме того, в статье обосновывается источниковедческая релевантность газеты «Правда Востока», хотя в новейшей историографии она остается недостаточно изученной. Советская периодическая печать 1930-х гг. не являлась простым транслятором государственной точки зрения, но выполняла активную роль общественного контролера, вскрывала неприглядные стороны советской действительности во всем их многообразии, поскольку рассматривала данные проблемы как временные и разрешимые.
Ключевые слова:
«Правда Востока»; Узбекистан; советская печать; рабочая корреспонденция; Коммунистическая партия Узбекистана
