Русское масонство в Китае - чрезвычайно интересное явление, оно заметно отличалось от деятельности масонских лож западной диаспоры Шанхая, Пекина, Тяньцзиня, Гонконга. В Китае не было специфической «русской» масонской ложи, масонство среди выходцев из России в 1920–1930-е годы превратилось в арену политической борьбы и взаимных обвинений, противостояния консервативных, монархических, социалистических и других идей. Оно также оказалось тесно связано с нравственными и эзотерическими исканиями, переплетаясь с рерихианством и мистицизмом. Еще одной особенностью было то, что, в отличие от западных, русские масоны никогда не ставили вопрос о возможности участия китайцев в деятельности лож или о сотрудничестве с китайской администрацией. Обвинения в масонстве были традиционным способом сведения счетов между различными российскими группами, а термин «масон» стал формулой для обвинения в самых страшных грехах. Русское масонство было представлено в основном Ложей Сунгари в Харбине, которая была основана на волне открытия новых масонских организаций на северо-востоке Китая 5 июля 1928 г. и просуществовала 12 лет. В отличие от масонства западной диаспоры, которое не вызывало болезненных дискуссий, оно не было политизировано и не служило ареной столкновений между различными группами. Русское масонство в Китае было тесно связано с поиском новых смыслов трансформации общества, обнаружением «друзей» и «врагов», и это отражало глубокие дискуссии в русской эмигрантской среде.
